Назад к новостям
Новости

Ядерный стартап Deep Fission снова идет на биржу — но к его планам и цифрам становится только больше вопросов

Американская Deep Fission вновь объявила о выходе на биржу. Теперь компания хочет привлечь до $157 млн, хотя ее акции после прошлой «публичности» так и не начали торговаться.

23 мая 2026 г.
5 просмотров
7 мин чтения

Американская Deep Fission вновь объявила о выходе на биржу. Теперь компания хочет привлечь до $157 млн, хотя ее акции после прошлой «публичности» так и не начали торговаться.

Содержание

Американский стартап Deep Fission, обещающий построить подземные ядерные реакторы для питания дата-центров, повторно объявил о выходе на публичный рынок. На этот раз речь идет уже о классическом размещении на Nasdaq: компания рассчитывает привлечь 157 млн долларов, продав акции по 24–26 долларов за штуку. Но новость выглядит странно хотя бы потому, что осенью 2025 года Deep Fission уже сообщала о «выходе на биржу» через обратное слияние. Тогда компания формально стала публичной, однако ее бумаги так и не начали торговаться.

Почему Deep Fission снова говорит о выходе на биржу

Эффект дежавю объясняется просто. В сентябре прошлого года Deep Fission заявила, что стала публичной компанией через обратное слияние с Surfside Acquisition — «оболочкой» из Делавэра. Это типичная для американского рынка схема, при которой частная компания получает биржевой статус, покупая уже зарегистрированную публичную структуру. Одновременно Deep Fission тогда привлекла 30 млн долларов в рамках частного размещения по цене 3 доллара за акцию.

Однако та «публичность» оказалась во многом формальной. Сделка с Surfside действительно была закрыта, а сама Deep Fission получила обязанности по раскрытию информации перед SEC, американским биржевым регулятором. Но торги акциями фактически не стартовали. Компания говорила о планах разместиться на OTCQB — площадке для развивающихся компаний, которые не дотягивают до требований Nasdaq или NYSE. При этом в OTCQB следов акций Deep Fission не обнаруживается, а в новом заявлении по форме S-1 компания прямо указала, что ее бумаги никогда не обращались на открытом рынке.

На запросы журналистов компания не ответила, сославшись на «тихий период» перед IPO. Для инвесторов это означает, что многие неудобные вопросы сейчас остаются без комментариев — в том числе вопрос о том, почему первое объявление о выходе на биржу не привело к реальным торгам, а уже через несколько месяцев потребовалась новая попытка, теперь в более дорогом и амбициозном формате.

157 млн долларов при предупреждении о финансовых рисках

Новое размещение на Nasdaq может оценить Deep Fission примерно в 1,66 млрд долларов. Для компании, которая еще год назад, по данным TechCrunch, испытывала трудности со сбором раунда на 15 млн долларов, это резкий скачок. Причем он происходит не на фоне заметного операционного прорыва, а, скорее, вопреки ухудшившимся показателям.

Судя по поданному 20 мая проспекту S-1, финансовая картина выглядит даже слабее, чем в декабрьских документах, направленных в SEC. Сроки запуска первого реактора сдвинулись вправо. Если в декабре компания рассчитывала достичь критичности — момента, когда ядерная цепная реакция становится самоподдерживающейся, — уже к июлю 2026 года, то теперь она вообще не дает новой оценки по срокам.

При этом в документах сохранилось предупреждение формата going concern. Это один из самых чувствительных сигналов для рынка: компания прямо признает, что без успешного привлечения капитала может столкнуться с нехваткой средств в ближайшие 12 месяцев. Иными словами, IPO для Deep Fission выглядит не просто инструментом роста, а вопросом финансового выживания.

Положение за последние месяцы дополнительно ухудшилось. По состоянию на март накопленный дефицит вырос до 88,1 млн долларов против 56,2 млн ранее. За последние полтора месяца денежные средства и их эквиваленты сократились на 6,4 млн долларов, то есть примерно на 7%. Для компании, которая только готовится к долгому пути сертификации и строительству ядерного объекта, такая динамика означает крайне ограниченный запас прочности.

Главный технический узкий момент — не реактор, а бурение

Одна из самых примечательных деталей в новой подаче состоит в том, что Deep Fission теперь делает акцент на бурении. Это может выглядеть как косвенное признание: главное инженерное препятствие в проекте сегодня связано не столько с ядерной частью, сколько с попыткой вообще создать пригодную подземную инфраструктуру.

Компания сообщила, что в марте начала бурить первую из трех тестовых скважин. Она нужна для сбора данных на глубине до 6000 футов, то есть примерно 1,8 километра. Диаметр этой тестовой скважины — 8 дюймов, около 20 сантиметров. Для исследовательских задач этого достаточно, но до коммерческого масштаба очень далеко.

Проблема в том, что для промышленной версии Deep Fission понадобятся стволы диаметром от 30 до 50 дюймов и глубиной примерно в одну милю. Конкретный размер компания еще не определила. Даже нижняя граница этого диапазона превышает типичные параметры, применяемые в нефтегазовой отрасли. А это уже серьезный маркер риска: если проект требует буровых решений сложнее тех, что привычны даже для индустрии с колоссальным опытом работы под землей, то масштабирование может оказаться дорогим, долгим и непредсказуемым.

Из этого вытекает еще одна проблема. Пока Deep Fission не понимает, какого диаметра скважину она реально может стабильно и безопасно бурить, ей сложно окончательно зафиксировать конструкцию самого реактора. Для технологических стартапов в энергетике это принципиальный момент: если базовая инженерная оболочка не определена, то и дорожная карта по лицензированию, срокам строительства и капитальным затратам остается плавающей.

Оценка в 1,66 млрд долларов и ажиотаж вокруг атомной генерации

Возникает естественный вопрос: что изменилось с декабря такого, чтобы компания решила просить у рынка больше денег и претендовать на девятизначную оценку? Формально у Deep Fission есть на что сослаться. Стартап получил инвестиции в капитал на 80 млн долларов, включая 20 млн долларов от девелопера дата-центров Blue Owl. Кроме того, Blue Owl подписала необязывающий меморандум о намерениях по будущим электростанциям.

Но даже эти 80 млн долларов не сняли предупреждение о риске продолжения деятельности. То есть инвесторский интерес появился, однако он не превратил компанию в финансово устойчивый бизнес. Для публичного рынка это важная оговорка: между «в нас готовы вложиться» и «мы близки к коммерческой жизнеспособности» огромная дистанция.

Более вероятное объяснение — попытка воспользоваться общим энтузиазмом вокруг атомной генерации как источника энергии для искусственного интеллекта и крупных дата-центров. Логика понятна: на фоне бума ИИ инвесторы снова активно смотрят на стабильные безуглеродные источники мощности. Для США это особенно чувствительная тема, поскольку гипермасштабные дата-центры требуют все больше энергии, а строительство газовых и сетевых мощностей не всегда поспевает за спросом.

Буквально в прошлом месяце на биржу успешно вышел другой игрок сектора — X-energy, причем размещение даже увеличили относительно первоначальных планов. Но сравнение с Deep Fission работает не в ее пользу. У X-energy уже есть выручка, а также куда более продвинутый статус в процессе лицензирования в Комиссии по ядерному регулированию США. Это важное напоминание для рынка: в ядерной отрасли оценка компании и реальный прогресс — далеко не одно и то же.

Что эта история показывает рынку энергетики и ИИ

Для российской аудитории эта история особенно показательна. В России атомная отрасль традиционно воспринимается через призму крупных, длинных и жестко регулируемых проектов, где ключевую роль играют государственные корпорации, сложная инженерная школа и многолетние циклы согласований. На этом фоне модель стартапа, который обещает быстро довести до рынка подземные реакторы для дата-центров, выглядит почти венчурной версией атомной энергетики — с соответствующими рисками переоценки ожиданий.

Сам тезис о том, что ИИ-центрам потребуется новая генерация, вполне реалистичен. С этим сталкиваются и в США, и в Европе, и в Азии. Однако между красивой инвестиционной историей и реальной вводимой мощностью лежат годы испытаний, лицензирования, инженерной доводки и работы с безопасностью. В атомной энергетике это особенно критично: здесь невозможно «выйти в бета-режим» и дорабатывать продукт по ходу эксплуатации так, как это бывает в обычном софте.

Именно поэтому случай Deep Fission важен не только как история одной компании, но и как индикатор состояния рынка. Если инвесторы готовы обсуждать оценку свыше 1,6 млрд долларов для компании с ухудшающимися финансовыми метриками, без четких сроков достижения критичности и с нерешенным ключевым инженерным вопросом, значит, капитал сейчас в значительной степени покупает не результат, а надежду на участие в следующем большом энергетическом тренде.

Пока же из опубликованных документов следует более прозаичный вывод: Deep Fission продвинулась в формальном оформлении IPO, начала бурение тестовой скважины и привлекла заметных партнеров, но не продемонстрировала такого технологического или коммерческого прорыва, который сам по себе объяснил бы резкий рост амбиций. И если размещение все же состоится, инвесторы будут фактически делать ставку на очень ранний и очень сложный ядерный проект, в котором еще предстоит доказать не только экономику, но и саму реализуемость ключевой инженерной идеи.

Источник: TechCrunch