Стэнфордский университет подтвердил, что при поступлении в 2026 году продолжит учитывать статус «наследия» абитуриентов – то есть, является ли поступающий ребенком выпускника. Это решение, безусловно, повлияет на доступ к одному из ключевых источников талантов Кремниевой долины.

Основные детали

Стэнфорд также отменяет политику необязательного предоставления результатов тестов SAT или ACT, вновь требуя их с поступающих впервые с 2021 года. По данным Stanford Daily, университет настолько привержен сохранению преференций для «наследников», что отказывается от участия в калифорнийской программе Cal Grant, жертвуя государственной финансовой помощью, лишь бы не подчиняться закону, подписанному губернатором Калифорнии Гэвином Ньюсомом прошлой осенью (Assembly Bill 1780), который запрещает прием по принципу «наследства». Университет обещает компенсировать это финансирование из собственных средств.

Это имеет значение далеко за пределами Пало-Альто. Стэнфорд стал стартовой площадкой для бесчисленного количества технологических лидеров, от основателей Google, Nvidia, Snap и Netflix до других известных генеральных директоров и венчурных капиталистов. Сохранение приема по принципу «наследства» означает, что дети элиты Кремниевой долины, по сути, сохраняют преимущество в доступе к сети, которая обеспечила многочисленные технологические бумы. Возврат требований к тестированию добавляет еще один нюанс, потенциально благоприятствуя студентам, имеющим ресурсы для подготовки к тестам.

Значение для России

В России, хотя и нет формализованной системы «наследственного» поступления в вузы, связи и знакомства играют огромную роль. Дети влиятельных родителей часто имеют больше возможностей для получения качественного образования, доступа к репетиторам и участия в различных образовательных программах. Эта новость из Стэнфорда напоминает о проблеме социального неравенства в образовании, которая актуальна и для России. Например, выпускники престижных московских школ, таких как Физтех-лицей им. П.Л. Капицы или СУНЦ МГУ, традиционно имеют больше шансов поступить в ведущие вузы, такие как МГУ, МФТИ или ВШЭ. Возврат обязательных тестов в Стэнфорде может быть сравним с усилением роли ЕГЭ в России, где хорошо подготовленные абитуриенты имеют преимущество.

Заключение

Решение Стэнфорда сохранить прием по принципу «наследства» и вернуть обязательные тесты вызывает споры о справедливости и доступности образования. В то время как сторонники утверждают, что это способствует сохранению традиций и привлечению талантливых студентов, критики указывают на усиление социального неравенства. В конечном итоге, это решение может повлиять на то, кто будет формировать будущее технологий и инноваций не только в Кремниевой долине, но и во всем мире, включая и Россию, где проблема социального лифта и равного доступа к образованию стоит не менее остро.