Почему российские венчурные инвесторы начали выходить из "звёздных" стартапов на ранних стадиях

Чарльз Хадсон, управляющий партнер Precursor Ventures, недавно завершил привлечение пятого фонда на $66 млн. Вскоре после этого один из его институциональных ин...

📋 Обзор

Чарльз Хадсон, управляющий партнер Precursor Ventures, недавно завершил привлечение пятого фонда на $66 млн. Вскоре после этого один из его институциональных инвесторов предложил ему провести любопытное упражнение: а что было бы, если бы все стартапы из портфеля Precursor продавались не позднее раунда Series A? Или, скажем, после Series B? Этот вопрос оказался совсем не абстрактным. За последние двадцать лет математика работы ранних инвесторов в стартапах радикально изменилась — как на Западе, так и в российской практике.

Почему российские венчурные инвесторы начали выходить из "звёздных" стартапов на ранних стадиях Чарльз Хадсон, управляющий партнер Precursor Ventures, недавно завершил привлечение пятого фонда на $66 млн. Вскоре после этого один из его институциональных инвесторов предложил ему провести любопытное упражнение: а что было бы, если бы все стартапы из портфеля Precursor продавались не позднее раунда Series A? Или, скажем, после Series B? Этот вопрос оказался совсем не абстрактным. За последние двадцать лет математика работы ранних инвесторов в стартапах радикально изменилась — как на Западе, так и в российской практике. В чём корень перемен Раньше считалось: для венчурного фонда самый понятный путь к крупному заработку — держать "единорогов" (стартапы, которые вырастают в компании стоимостью более $1 млрд) до самого "экзита" — IPO или стратегической продажи. Такие истории вроде "Яндекса" или Ozon делали громкие заголовки и приносили максимальные прибыли тем, кто вошёл на посевной стадии. Однако за последние годы норма изменилась. Российским инвесторам этот тренд тоже заметен: стартапы либо остаются "вечными перспективными" на поздних стадиях, либо сталкиваются с жёсткой конкуренцией и административными барьерами, которые мешают дорасти до IPO или крупной продажи. Похожая ситуация на глобальном рынке: гиганты всё реже покупают молодые компании, а публичный рынок стал менее гостеприимным для новых игроков. Сокращение мультипликаторов Главное откровение многих опытных западных и российских венчурных управляющих: мультипликаторы по раундам сжимаются. Если в 2015―2017 годах инвестор на посеве мог рассчитывать на 15-20x к вложенным деньгам при продаже на пике, то сейчас подобные цифры довольно редки. Числа, о которых говорят в отрасли, таковы: средний посевной фонд, продавший свой пакет на этапе Series A, может получить возврат в 3-4 раза выше, чем вложил, а если ждёт до Series C — этот мультипликатор уже не гарантирован, если только не случилось чуда роста. Причём риск не только не уменьшается, а зачастую увеличивается — поздние раунды подразумевают куда более жёсткие условия и требования к компаниям. На российском рынке ситуация даже острее: венчурных сделок становится меньше, ликвидность ниже, а надежда на экзит часто не оправдывается. Почему это важно для России Для российских посевных инвесторов эта математика — не просто голая теория. Реалии такие, что международные экзиты почти закрыты, выход на IPO выглядит как экзотика, а крупных корпораций с аппетитом к объединению стартапов не так уж и много. Следовательно, механика работы смещается — выгоднее фиксировать первую серьёзную прибыль уже при первом росте оценки, чем надеяться на долгий скачок. Такой подход можно сравнить со ставкой в букмекерской конторе: раньше все вкладывали в "миллионеры", а теперь предпочитают фиксировать выигрыш при первом удобном случае. Российские инвесторы, как и их западные коллеги, всё чаще продают долю в стартапе уже в Series A / Series B — например, перекладывают средства в новый проект или частично выводят кэш ради диверсификации. Примеры с рынка В 2022 и 2023 годах на российском рынке появилось несколько сделок, где ранние инвесторы (например, ориентированные на финтех или edtech) активно искали покупателей своих пакетов задолго до финального экзита. Иногда инвестор получает предложение от нового фонда или корпоративного игрока, приходит к соглашению по цене — и выходит из истории, фиксируя 3-5x по своим вложениям. Аналогичная тенденция отмечается на глобальном рынке: американские фонды всё чаще заключают сделки с так называемыми secondary-фондами, специализирующимися на выкупе долей у ранних венчурных партнеров. Для российского рынка этот тренд означает нормализацию ликвидности — инвестор может не ждать десять лет, чтобы получить деньги. Что меняется для стартапов Конечно, для основателей компаний новая стратегия фондов означает больше давления уже на ранних стадиях: инвесторам важно увидеть реальный рост и предложение по выкупу долей не просто с бумаги, а в деньгах. В ответ стартапы уделяют больше внимания быстрым показателям (например, росту выручки или числа пользователей), чтобы стать интересными новым раундам. Плюсы и минусы для инвесторов С одной стороны, стратегия раннего выхода уменьшает потенциальную доходность на длинном промежутке, но с другой — снижает риски и увеличивает оборачиваемость капитала. Вместо хрестоматийной истории в стиле Google или VK, большинство посевных фондов теперь строит свою экономику на более скромных, но стабильных экзитах. Для российского рынка, где венчур — это скорее игра для терпеливых, подобный подход может стать новой нормой. Выводы Меняется сам подход к венчурным инвестициям: ранние инвесторы больше не ставят всё на один уникальный "выстрел", а действуют более прагматично и ориентируются на реальную ликвидность. В результате выигрывают те, кто умеет вовремя выходить из игры и не поддаётся иллюзии больших хитов. В российской реальности, где экосистема пока не так насыщена капиталом, как в США, именно такая осторожная стратегия может стать лучшей защитой от затяжных историй без выхода.

🌟 Ключевые моменты

🤔 Экспертное мнение

"Это развитие может кардинально изменить подход к решению текущих задач в отрасли."