В Соединённых Штатах угольная электроэнергетика оказалось под серьёзным ударом: электростанции закрываются одну за другой, а некогда основной источник дешёвой электроэнергии теряет былое влияние. Много лет уголь был “рабочей лошадкой” американской энергосистемы — как в России в 20 веке он во многом определял облик промышленных регионов вроде Кузбасса или Печоры. Однако сегодня у Америки есть все причины постепенно прощаться с устаревшими технологиями.
Битва за уголь: почему угольная энергетика в США всё ещё держится на плаву
В Соединённых Штатах угольная электроэнергетика оказалось под серьёзным ударом: электростанции закрываются одну за другой, а некогда основной источник дешёвой электроэнергии теряет былое влияние. Много лет уголь был “рабочей лошадкой” американской энергосистемы — как в России в 20 веке он во многом определял облик промышленных регионов вроде Кузбасса или Печоры. Однако сегодня у Америки есть все причины постепенно прощаться с устаревшими технологиями. Основной аргумент противников угля — это грязные выбросы. Именно электростанции на угле до сих пор являются одним из ключевых источников выбросов углекислого газа, который разгоняет климатический кризис. В последние годы вред для здоровья жителей районов возле угольных электростанций становится всё очевиднее: в американских СМИ звучат те же тревоги о росте астмы у детей, заболеваниях дыхательных путей, что и в российских городах вокруг ТЭЦ или крупных шахт. Свежий пример — ситуация на Пуэрто-Рико, где единственная угольная электростанция связана с резким ухудшением экологической обстановки в регионе. Местные журналисты отмечают, что выбросы тяжёлых металлов и пыли вызывают тревогу у врачей и родителей, что очень напоминает проблемы Мурманской или Кемеровской областей, где экология уже десятилетиями под прессом традиционной энергетики. Впрочем, несмотря на нежелание граждан дышать выбросами и общемировой тренд на декарбонизацию, уголь в США пока не спешит исчезать. И здесь всё упирается в политику. С приходом республиканской администрации в Белый дом уголь получил новое “право на жизнь”: Министерство энергетики США всеми способами затягивает консервацию старых станций, а в Конгрессе периодически звучат требования помочь отрасли субсидиями и налоговыми льготами — почти как в России, где угольные регионы традиционно получают поддержку в качестве стратегических. Стратегия “вытянуть время” строится на нескольких идеях. Во-первых, угольные ТЭС пока обеспечивают базовую генерацию — то есть стабильную подачу электроэнергии вне зависимости от времени суток и погоды. В США заявляют, что отказаться от них прямо сейчас, полностью доверившись ветру и солнцу, пока невозможно технически. Российские энергетики легко поймут эту логику: вопросы надёжности при переходе на ВИЭ — один из главных аргументов в защиту традиционной энергетики и у нас. Во-вторых, политика играет существенную роль на выборах. Для многих американских регионов уголь — не только энергетика, но и тысячи рабочих мест, бюджет городов и социальная инфраструктура. Поддержка ТЭС для местных властей — это, по сути, выживание всего региона. Российскому читателю несложно провести параллели с югом Кузбасса: закрытие очень крупной шахты или ТЭЦ может просто обвалить экономику города. Тем не менее, давление рынка и технологический прогресс свое берут. Из-за дешёвой электроэнергии, которую вырабатывают газовые и возобновляемые источники, старый уголь становится всё менее выгодным даже при государственной поддержке. В 2025 году энергетическая статистика США показывает: доля угля в энергобалансе опустилась на исторический минимум, а совокупный объём мощностей, введённых на угле, обновляет антирекорды каждый квартал. Крупные инвестиции всё чаще идут не в обновление старых угольных котлов, а в солнечные фермы и ветряные парки. Правительство Пуэрто-Рико уже озвучило сроки отказа от использования угля — к 2028 году его электростанция станет историей. Эта инициатива вполне может стать примером и для штатов континентальной Америки. Российская ситуация чем-то схожа: официально угольные ТЭС у нас тоже не спешат закрывать, но новые проекты появляются крайне редко, а доля угля в выработке электроэнергии постепенно снижается. И хотя российский энергетический комплекс в целом более инертен, тяга к “зелёной” трансформации всё же прослеживается и у нас, особенно на фоне внимания к климатическим вопросам со стороны Евросоюза и других торговых партнёров. Пока Вашингтон раздумывает, как долго ещё можно поддерживать угольные предприятия на плаву, идут дебаты и о судьбе закрывающихся станций: стоит ли реконструировать их под новые технологии, например — под аммиачное или водородное топливо, либо просто выводить из эксплуатации. Для американских чиновников это не только вопрос экологии, но и политической выживаемости. В США отрасль балансирует на краю: поддержка на федеральном уровне не исключает рыночной реальности. Уголь становится экономически невыгоден даже с помощью субсидий — и этот процесс вскоре может развернуться с удвоенной силой. Для России это шанс понаблюдать, как крупнейшая экономика мира уходит от традиционной энергетики — и, возможно, сделать собственные выводы о судьбе своих “энергетических динозавров”.
Источник: technologyreview.com